Чтобы счастьем горели глаза

А победе уж за 60,
Постарела заметно победа.
Опечаленно руки скользят
По скупым фотографиям деда.

Я его не увидел живым,
Не узнал, что за тайная сила
Протащила его через дым,
Через пекло войны протащила.

Не успел я и слова сказать –
Благодарности теплое слово
За рожденную в нежности мать,
За меня, безвозмездно живого.

Как же так – он ушел, и со мной
Не пройдет по земле. Сыроватой,
По любимой земле и родной,
Отвоеванной им же когда-то.

Вот такой же, как я, молодой,
Что ни шаг – под немецким прицелом,
Он отчаянно бился с бедой,
Доверяя победе всецело.

И добился, дошел. И сумел.
Не сломили бои и дороги.
Только волос стал белым как мел,
Да немного замучены ноги.

Сколько их – поседевших солдат –
Дотянуло до нашего века.
Седина. А глаза-то горят –
Выдают смельчака-человека,

Человека широкой души,
Даже в эти, военные годы,
Не посмевшего слепо грешить
Как немчина себе же в угоду.

А быть может, и дело все в том
Что великие русские люди
Не забыли о чувстве святом,
Не сдались беспощадной простуде,


Им бы только вернуться назад,
Осчастливить любимых победой,
Чтобы счастьем горели глаза
И не гасли вовек, как у деда

За стихотворение голосовали: ai.vzm: 5 ; zinevich: 5 ; wadimo: 5 ; Ашас Бухарин: 5 ;