Ореховый экспромт

Живу-тужу, не переехав,
не переделав мир и дом,
за истреблением орехов
и бархатистого питьём,

за дланью поданной газетой,
за даже собственной строкой.
Живу действительностью этой,
а ни какой-нибудь другой.

А ведь когда-то, этой самой
реальностью не дорожа,
дышал я данностью туманной,
плясал под дудку миража.

Но там, где утром на морозе
терзала истинами дрожь,
не находилось места грёзе,
не обретала почвы ложь.

Но там, где ливень барабанил
по окнам шумно, как вандал,
жизнь не придерживалась правил,
законов мир не соблюдал.

И я не знал куда податься, –
из яви именно какой
увижу собственное царство,
махну на прочее рукой.

Из двух миров и на тебя я,
вздыхая, некогда глядел, –
как видишь свой один, слепая,
сколь не желаешь за предел,

но в те заводишь лабиринты,
где не нужны любовь и пыл…
но только вот сейчас за ним ты,
а я… я там же, где и был.